Манго

Каждый раз, глядя на него, создается впечатление, что он виновен: виноватый взгляд, поникший вид... Такое ощущение, что он действительно виновен. Виновен в том, что когда-то его выбросили, в том, что он родился, в том, что он попал на Гурского и никому не нужен. Только вот его ли вина, и как ему быть, если день ото дня он проводит в клетке полтора на два метра, где даже побегать нельзя? Как ему себя чувствовать, когда он уже многие месяцы не видит солнца, не дышит свежим воздухом, не видит травы и не может просто побегать? Из всех его активностей у него - выйти из будки и пройти полтора метра до выхода, съесть миску корма и ждать следующего дня со следующей миской корма и мааааленькой надеждой, что его заберут. Но его не заберут. Не забрали ни в первый месяц, ни во второй, ни в один из тех, что он находится на Гурского. Не забирали, не приходили, не интересовались. А он ждёт и вера в нём никуда не делась
Гурского , 42 не приют